Рабочая гордость Зуля
ГДР — вехи двадцатилетия
На центральной площади рабочего города Зуля, которая теперь носит имя Карла Маркса, стоит отлитая из металла фигура кузнеца в кожаном фартуке. Перед ним железная наковальня, в жилистой правой руке — тяжелый молот.
Понятно, что зульский кузнец не был хозяином оружия, которое он выковывал для войн, в которых бесславно гибли дети немецких кузнецов и хлебопашцев. Но всякий раз, когда кузнец забирал его в свои руки, он неизменно обращал его против классовых врагов. Так было в феодальные времена, когда голодные ремесленники Зуля громили наемников местного графа, так было во времена раннего капитализма, когда пролетариат самого нищего в Германии округа встречал на баррикадах вооруженных карателей. Оружейники Зуля вписали одну из самых прекрасных страниц в немецкую историю, разгромив вооруженный путч Каппа и Лютвица в 1920 году. Захватив оружие на заводах «Симсон», они дали решительный отпор реакции и заставили ее капитулировать.
Храня память о подвиге отцов и дедов, нынешние рабочие Зуля частенько повторяют слова песни, сочиненной почти полвека назад:
Стоит среди лесов зеленых красный город.
Своей разбитой ратушей он горд…
В декабре того же 1920 сода, словно после экзамена на классовую зрелость, в Зуле была создана городская организация коммунистов. В рабочей Тюрингии стал набирать силу и опыт один из самых боевых отрядов тельмановцев, который повел бесстрашную борьбу против фашизма. Две трети этого отряда погибло в неравной борьбе. Но те, кто уцелел, встретили в победном сорок пятом наших воинов развернутыми красными знаменами, салютом ротфронтовцев. Им было нетрудно найти общий язык с советскими солдатами. Вместе с зульскими пролетариями наши солдаты, оторванные войной от своего дела, рабочие, инженеры, трактористы, взялись за возрождение и обновление города.
Нет, не случайно, не без глубоких исторических причин каждый третий рабочий Зуля носит сегодня на груди партийный билет СЕПГ!
Сегодня в беспорядочно застроенных старых кварталах столицы Тюрингского округа создаются, зреют, приобретают отчетливость формы будущего города.
Старые постройки становятся как бы незаметными, словно отпадают, и взору туристов то предстает новый, широкий проспект, то современный торговый центр, то красивый дворец культуры. На фоне большой горы Домберг, у которой расположился Зуль, словно серебристые пирамидальные тополя, поднимаются к небу изящные высокие здания. Неподалеку закладывается фундамент огромного сооружения — дворца спорта, проект которого создан зульскими зодчими в содружестве с архитекторами Ленинграда.
— Молодеет не только город. Моложе становятся и его жители, — говорит зульский бургомистр Манфред Ульрих. — Происходит это в основном в результате переселения к нам молодежи. На заводе «Симсон» имени Эрнста Тельмана только в прошлом году получили первую или новую профессию 1.800 парней и девчат. Могу назвать еще одну цифру, которой мы гордимся. Из каждых ста детей дошкольного возраста 74 ходят в хорошо благоустроенный детский сад. Не знаю, есть ли в ГДР города с таким показателем, но в Берлине — я это знаю точно — он ниже, чем у нас в Зуле.
Манфреду Ульриху, с которым я веду беседу в знаменитой ратуше, едва исполнилось сорок, но бургомистром в Зуле он уже более двенадцати лет, до этого шесть лет был бургомистром другого небольшого города в том же округе.
Когда в 1950 году зульские рабочие начали выпускать первые мотоциклы, западногерманская газета «Рейнишер меркур» издевательски писала: «На заводах «Симсон» начали делать машины, которые они выдают за мотоциклы. Протарахтев несколько километров, «мотоциклы» закашляют и останавливаются». Почти так же злобно потешались тогда над зульскими рабочими и некоторые другие газеты ФРГ.
Теперь ничего похожего в западногерманских газетах вы не прочтете. Не потому, что у их издателей поубавилось злобы против социалистической Германии. А просто потому, что не хотят они выставлять себя на посмешище. Почти сто тысяч мотоциклов, мопедов и роллеров выпускает теперь в под завод имени Тельмана. Лучшие марки машин — «Стар», «Швальбе», «Шпербер» завоевали международный рынок и почти непрерывным потоком плывут, летят и едут по железной дороге в 58 стран мира.
Почему такой успех у этих машин? А вы спросите тех, кто видел международные соревнования, где их владельцам — заводским гонщикам из Зуля — вручали золотые и серебряные медали. Или поговорите с молодыми инженерами и техниками (бывшими рабочими!), которые проделали на своих надежных машинах мотопробег по странам Азии и Африки.
Производственные мощности завода имени Эрнста Тельмана с каждым годом нарастают. И этому способствует в первую очередь широкое движение новаторов и изобретателей, участие в научно-технической революции всего заводского коллектива. Рабочих с золотыми руками, конечно, и прежде в Зуле хватало. Только кому до них было дело? Сколько талантов-самоучек пропадало из-за отсутствия специального образования, из-за надрывного физического труда, из-за каторжных условий, существовавших в прошлом на «Симсоне».
Теперь у рабочих иной уровень общего и технического образования, иное у них отношение и к заводам, и к государству. Движение заводских рационализаторов и изобретателей приобретает новые совершенные формы. Результат заводских нововведений и усовершенствований не складывается теперь из усилий отдельно взятых творческих единиц. Это уже произведение от перемножения всех знаний, опыта и талантов в рамках бригады новаторов. В такой бригаде не пропадает ни одна ценная мысль, напротив, она тут же встречает заинтересованную поддержку, коллективную помощь, находит быстрое и практическое применение.
— Я работаю на этом заводе более тридцати лет, — рассказывает седоголовый заместитель директора Вернер Зафт, — и потому могу смело судить о нашем развитии. В последние годы мы явно развиваемся по законам геометрической прогрессии. Заводские планы становятся не только крупнее, но и дерзновеннее. А главный залог этому — наши люди.
— Но они не всегда были такими, — задумчиво добавляет товарищ Зафт. — Когда ваши инженеры пришли сюда после войны и изложили свой план перестройки завода для мирной продукции, лишь немногие, может быть единицы, поверили им до конца. Отчаяние и неверие захлестывали тогда голодное, безработное население. Но русские коммунисты — упорные люди. Они умеют убеждать и вести за собой. Если бы вы знали, с какой благодарностью вспоминают у нас на заводе первых директоров товарищей Потапова, Гаврилова, Макарова! Напишите в вашей газете об этом, сообщите, что мы приглашаем их в гости — на праздник 20-летия нашей социалистической республики.
Вечером мы шагаем не спеша по улицам Зуля со старым рабочим Отто Хайнляйном. Он пришел на завод «Симсон» в 1924 году, в КПГ вступил в 1931 году, в рабочем движении стал участвовать еще раньше — подростком, когда красный Зуль требовал: «Руки прочь от Советской России!»
Рассказывая мне о новостройках, которые попадали в поле нашего зрения, Отто Хайнляйн обобщил:
— Да, конечно, мы гордимся, очень гордимся всем тем, что вы видите тут. Все это сделано нашими руками. Мы тут ведь все потомственные рабочие… Вот смотрите, — вдруг неожиданно воскликнул он, — наш дворец культуры. А рядом памятник. В нем отражена вся история нашей борьбы. Теперь прочитайте, что мы написали здесь нашим потомкам. Крупно написали. Железом…
Я подошел к памятнику и прочел вслух: «Власть вам дана, чтобы вы никогда, никогда больше не выпускали ее из своих рук!».
Л. СТЕПАНОВ, соб. корр. «Известий». Берлин, март.
«Известия», 03/1969